Русский военный мундир при императоре Павле.

Правда и мифы
.
"Из Темно-зеленого Толстого Мундира с Лацканами, Отложным Воротником и Разрезными Обшлагами Кирпичного Цвета и Белыми Пуговицами; Длинного Камзола и Короткого Нижнего Платья Самого Желтого Цвета; Головы Наши Спереди Остригли под Гребенку, Облили Вонючим Салом; к Вискам Привесили Огромные Пукли, Аршинную Косу Прикрутили Вплоть к Затылку и Осыпали Мукою; Шляпу Дали с Широким Городами Серебряным Галуном, Такою же Большою Петлицею и с Черным Бантом; но эта Шляпа Была Чудесной Формы и Едва Прикрывала Наши Головы; Фланелевый Черный Галстук, в два Пальца Шириною, Перетягивал Наши шеи до Невозможности; Ноги Наши Обули в Курносые Смазные Башмаки и Стянули за Коленами Черными Суконными Штиблетами с Красными Вдоль Всей Ноги Пуговицами".

Этот отрывок из воспоминаний капитана московского гренадерского полка Николая Алексеевича Грязева давно стал символом ропота русской армии, якобы охватившего ее от солдат до генералов при реформе обмундирования 1796 - 1797 гг., проведенной новым императором Павлом I (1796 - 1801) сразу по восшествии на трон. Форма имела явный прообраз в пруссии, что добавляло к якобы многочисленным ее неудобствам еще и оттенок национального унижения ( "Русские Прусских Всегда Бивали" и не победителям учиться у битого врага. Попытаемся же понять, чем в действительности была форма, ставшая едва не главным символом короткой и удивительной (и даже немного сказочно - сюрреалистичной) эпохи Павла.
Павел ввел в самом конце века просвещения тот костюм, что представлял классический военный и гражданский костюм, носившийся Европой на протяжении большей части века и менявший облик вещей согласно веяниям моды. Но состоящий из одного комплекта - "Тройка" кафтан - камзол - панталоны, сорочка, галстук (шейный платок) плюс чулки (заменяемые или дополняемые т. н. "штиблетами" - высокими гетрами на пуговицах) и башмаки. Плюс треугольная шляпа. Этот костюм своей историей уходит еще в конец Xvii в. и появился во Франции. Со временем немного укоротился и сузился кафтан, более заметно укоротился и также сузился камзол, верхний угол треуголки пополз наверх, а боковые - вниз (в итоге это привело к появлению двуугольной шляпы, как раз во времена Павла. Полы кафтана начали усекаться спереди (со временем превратившись в два "Хвоста".

Этот костюм был самым распространенным видом мужской одежды в Европе до самого конца века. И главным его изменением в гражданской сфере было, вероятно, лишь введение в обиход (а точнее возрождение) цилиндрической шляпы с относительно узкими полями. В военном мире мода посложнее развивалась. Во второй половине века появилась "Куртки" - те же кафтаны, с сильно (до длины камзола) укороченными полами. И начались опыты с альтернативами достаточно большой - и оттого не очень удобной - треугольной шляпе (в виде шляпы - цилиндра или разнообразных "Касок" в виде полусферы или цилиндра из фетра или кожи, с козырьком или без, с разными украшениями. Одной из таких модернизированных униформ стала знаменитая русская "Потемкинская", что и дожила до воцарения Павла. Таким образом, главный Пафос павловского переодевания можно выразить в лозунге: "Назад - к Классике". Ничего принципиально нового, мучающего неповторимым неудобством носителей ее, он в эту одежду вкладывать не собирался. И даже более того.
Павловский мундир был почти точной копией прусского второй половины века, однако отличался от него скорее в плюс. Прежде всего, это был относительно широкий в талии кафтан. В отличие от екатерининской формы (как допотемкинской, так и потемкинской), имевшей образцом французский мундир, что со временем все более сужался в талии, павловский был шире даже относительно узкого прусского. Упомянутый уже капитан Грязев в другом эпизоде своих воспоминаний обзывает полученный им новый кафтан "Мешком" и противопоставляет ему "прекрасный" мундир - то ли потемкинская куртка в офицерской версии, то ли допотемкинский кафтан, сохранившийся у офицеров как форма вне строя - прежнего царствования, "демонстрирующий достоинства хорошей фигуры" (за нехорошие Грязев, вероятно, не беспокоился. Однако в условиях введения Павлом (на самом деле - сохранения уже изобретенного) фуфаек, носимых зимой между кафтаном и камзолом, именно широкий кафтан оставлял для них больше места. И ценой эстетики (отчасти, ибо простор павловского кафтана все же не исключал талию) куплена теплоемкость униформы.
Все остальные части формы были не хуже и не лучше того, что на протяжении более чем 20 лет (1763 - 1786) носила русская армия при Екатерине великой, еще до модернизации Потемкина (который часто шил куртки просто обрезая полы кафтанов и каски - обрезая поля шляп. И тем более ничем диким павловская форма не могла быть на фоне не только тогдашней прусской, а и ряда других европейских (включая французскую. Однако Павел дозволил употребление валенок поверх чулок и штиблет и распространил шинель (опять же появившуюся в России незадолго до него), вытесняя старые плащи - епанчи.
Вероятно, павловскую форму можно покритиковать за то, что она была слишком явной копией прусской (та же Екатерина ввела в 1763 г. униформу, что имела сильное французское влияние, однако во Франции такой мундир появился как результат некоторого "Опруссачивания". Для великой державы это может считаться не слишком "Приличным", не добавить никаких почти своих штрихов. Второй недостаток связан с первым - новая форма избыточно скромна. Павел по-прусски лишил большую часть армии (пехота) таких опознавательных украшений как банты на шляпах (играли в тот век роль кокарды), отменил эполеты. Резко сократил (в процессе царствования частью вернул) галуны и шитье на мундирах, что могло обозначать чины или род войск, воинское формирование (особенно пострадали генералы и адмиралы, что потеряли отличительное шитье в виде гирлянд дубовых листьев. Армия стала выглядеть не очень самобытно и довольно бедновато (однако различие полков между собой стало осуществляться через наличие/отсутствие лацканов и/или воротников разнообразных цветов, что также было прусской особенностью. С другой стороны, желание пустить деньги по другим, более нужным каналам, может быть оправданным. Содержание солдата (в части продовольствия, например) при Павле немного улучшилось.
Военный мундир Павла I явился тем младенцем, что был выплеснут вместе с мутной водой его сложной и не всегда удачной политики. Политическая культура того века даже в более либеральных, чем Россия, монархиях не всегда позволяла выражать протест против политики монарха прямо. "Эзоповым" же языком оппозиции являлась иногда критика чего-то вторичного, но символизировавшего власть нелюбимого монарха. Можно предположить, что от этого вполне обычная, общеевропейская, треуголка нового мундира вдруг оказывается на голове капитана Грязева настолько необычной, что едва закрывает ее или появляются гигантские букли или вонючее сало (офицеры, как правило, сами делали свою прическу, вместо сала использовали вряд ли вонючую помаду, да и букли на всех известных портретах военных той поры вполне нормальных размеров. По иной версии, Грязев вообще сам соорудил пародию на новую форму из подручных средств и так вышел "Протестовать". Все эти особенности эпохи (и России того времени в частности) могут быть объяснением.

Иллюстрации.
1 - 3. форма московского гренадерского полка при Екатерине великой ( "до - Потемкинский" и "потемкинский" варианты) и при Павле I. как пример изменения форм одежды русской пехоты на протяжении 1763 - 1801 гг. планшеты Александра Кузнецова (ресурс "антология форменной одежды русской императорской армии").